Россия. Экономические итоги начала 2009 года
Во-вторых, рубль всё же упал ровно туда, куда его и посылали эксперты, предлагая быструю девальвацию – т.е. ничего удержать не удалось всё равно, зато масса высоких чинов уронила свои холёные рожи в грязь (если, конечно, им вообще было что ронять): двуглавое чудище «национальных лидеров» дружно советовало верить в рубль, вице-премьеры Жуков и Шувалов хвалились возможностями сопротивления кризису и отвергали девальвацию, министр экономического развития РФ Набиуллина сулила минимальное удорожание бакса, а советник президента Дворкович лишь 2 месяца назад уверял правящую нынче партию Единая Россия, что «Девальвации не будет, как бы этого кто-то, может быть, и ни хотел».
В-третьих, валюта из резервов, ясное дело, продавалась за рубли – которые тем самым изымались из обращения: поскольку объём интервенций достиг уже 200 млрд. долларов, масштаб таких изъятий составил приблизительно 6 трлн. рублей – и хотя он компенсировался прямыми рублёвыми инъекциями, однако ж последние составили лишь 3.0-4.0 трлн., так что широкая денежная масса (агрегат М2) утратила на сей момент около 2.5 трлн. из 14.5 трлн. имевшихся в августе; благодаря этому денежный мультипликатор (отношение М2 к М0) упал с и без того весьма умеренных 3.85 до 3.00 – а это ниже, чем было у ведущих европейских стран (и тем более США) даже 100 лет назад. Правильным курсом идёте, товарищи! – ещё немного, и будет повторён подвиг «графа полусахалинского» С.Ю. Витте, в своё время поразившего мир денежным мультипликатором меньше единицы, что породило перманентное дефляционное давление на сельское хозяйство со всеми его прелестями, от низкой рентабельности до капитального дефицита.
В-четвёртых, обвал денежного мультипликатора означает мощное сжатие всего рублёвого кредита – весь этот сектор по сути схлопнулся, так что процентные ставки взлетели в небеса: по данным Банка России, стоимость однодневных займов выросла до 20-25% годовых, а 3-месячные дают уже почти под 30%. Надо ещё учесть, что отсутствие продуманной и эффективной помощи банкам и корпорациям заставило внешних заёмщиков поднимать ставки по кредитам российским резидентам, а страховщиков – взметать ввысь котировки свопов кредитного дефолта: например, только страховка 5-летнего займа Газпрому обойдётся сейчас в 12% годовых – плюс такого же порядка проценты по самому кредиту; таким образом, уже все виды рыночных займов (что внутренних, что внешних) стали для российских компаний по сути недоступными.
В-пятых, даже те деньги, что центробанк влил в банковскую систему, в немалой степени шли на покупку валюты – что только усиливало давление на рубль и заодно увеличивало масштаб монетарного сжатия; некоторым банкам это так понравилось, что они брали гигантские суммы на аукционах типа РЕПО и тут же вкладывались всеми ими в валюту – т.е. против рубля и Банка России играли даже в кредит, причём за счёт самого же Банка России.
В-шестых, физические лица поняли, что, грубо говоря, через неделю рубль будет дешевле, чем сегодня – и принялись переводить сбережения в валюту, скупив только до нового года как минимум 31 млрд. баксов (сейчас эта сумма уже наверняка приблизилась к 40 млрд.): это создавало постоянное дополнительное давление на рубль и заодно ухудшало балансы банков – ведь рост валютных депозитов означает увеличение валютных обязательств, тогда как активы (кредиты, облигации и т.д.) остаются в основном рубл ёвыми.
В-седьмых, из-за постоянно меняющегося курса рубля многие продавцы возвратились к ценникам в у.е. – тем самым рубль снова был произведён во второразрядные валюты, которые сами по себе не имеют силы и лишь вторичны по отношению к более сильным деньгам: а сколько было пафосу в провозглашении грядущего в ближайшее время превращения рубля в ведущую мировую валюту – и даже образования в России мирового финансового центра, конкурирующего с уже существующими. Ещё раз подчеркнём, что в случае одномоментной девальвации ничего этого бы не случилось – резервы бы не тратились, рубли из денежной массы не изымались, кредит не сжимался (во всяком случае, так сильно), физическим лицам не было резона д ёргаться и т.д.
И, наконец, в-восьмых и, быть может, в-главных – всё вышеперечисленное привело к катастрофическому обвалу производства и занятости. Только что Росстат выдал статистику промышленного производства в декабре – она выглядит просто кошмарно: за последние 12 месяцев отмечено снижение выпуска на 10.3% в целом, в том числе по электроэнергии – на 4.1%, по углю – на 10.2%, по коксу, синтетическому каучуку, железной руде и апатитовому концентрату – почти вдвое, по молоку – на 5.1%, по хлебу, муке и крупе – на 2.4-3.9%, по тканям – на 24%, по кожаным товарам – на 20%, по обуви – на 9.4%, по пиломатериалам – на 20.9%, по целлюлозе – на 29.3%, по минеральным удобрениям – на 35.8%, по синтетическим смолам и пластмассам – на 22.2%, по кирпичу – на 21.5%, по цементу – на 26.1%, по строительным блокам и панелям – на 29-32%, по прокату чёрных металлов – на 40.7%, по подшипникам – на 41.7%, по металлорежущим станкам – на 40.7%, по турбинным генераторам – более чем в 2.5 раза, по электродвигателям – в 3 раза, по бытовым холодильникам – на 24.2%, по колёсным тракторам – в 9 раз, по грузовым автомобилям – в 3 раза, по автобусам – в 2.2 раза, по машинам для сферы ЖКХ – почти вдвое, по грузовым вагонам – на 31.3%, по микросхемам – на 37.7% и т.д. и т.п.
Всё это сопровождается масштабными увольнениями – ещё до декабря экономика потеряла 1 млн. рабочих мест, причём процесс ускоряется. Даже по официальным оценкам МЭР, в четвёртом квартале ВВП вырос лишь на 2.5% — позволим себе заметить, что в реальности ВВП примерно на столько упал, а не вырос. Ещё в октябре доходы федерального бюджета составили 942 млрд. рублей, а расходы – 712 млрд. (имел место профицит); но уже в ноябре эти показатели равнялись 571 и 837 млрд. соответственно (т.е. возник дефицит в размере 32% расходов), а в декабре – 594 и 1382 млрд. (дефицит 57% расходов). Конечно, декабрь всегда искажает картину, но вс ё это в целом обещает на 2009 год дефицит только одного федерального бюджета между 4 и 6 трлн. рублей – и ещё около 3 трлн. по региональным и местным бюджетам: в сумме, стало быть, дефицит консолидированного бюджета может достигнуть 16-20% ВВП, из которых 10-12% придётся на федеральную казну.
В общем, начало года выдалось весьма «успешным». Посмотрим на год в целом.
Похожие новости
22-06-2022 Кому нужен сильный рубль? (Финансы)
27-09-2023 Запад ищет нестандартные пути выхода из рецессии (Экономика)
26-02-2023 Новые санкции Запада «рубят хвост бульдога» (Новости)
15-03-2023 Raiffeisen Bank & Сбербанк: баш на баш? (Банки)